Полевик III

В поле.  

... И всюду за ним следует тень из влюбленного металла. А имя ему Шедоуспан.

Земля, былинки в этой сухой земле, щербатый асфальт и кусочки бетона с камешками — все мелко затряслось и завибрировало.
На перекресток по-хозяйски уверено и неспешно, и вместе с тем очень быстро и неостановимо выползли три пятнистых махины. Танки. Совершенное убийство из жутких фантазий. Покатые, невысокие — чуть выше человеческого роста, страшные. Последняя разработка. Впрочем, дешевых моделей здесь не встретишь — естественный отбор, они гибнут сразу же.
Мерзко завоняло теплой смазкой, и, похоже, бензином.
Перекресток был не маленький, только что пустой и встревожный, пыльный и неуютный, на него сходилось кривой звездой пять неприкаянных улочек и проспект с обугленными деревьями.
На последок, в Исход, кто-то отвел здесь свою душу на каштанах.
Вспомнилось, что каких только дичайших слухов тогда не циркулировало. Вралось множеством людей и множество версий, вдохновенно и связно. Одина из сплетен была про то, что фауна Земли наконец взбунтовалась и мстила слишком погрязшим во грехе потомкам обезьян...
Сергей невесело усмехнулся одними губами этим воспоминаниям. — и ведь верили же... Простаки!
В середине перекрестка на круглом плешивом и загаженном всякой житейской дрянью газоне высилась теперь уже слегка перекошенная треугольная рекламная конструкция. Сторона, повернутая к Сергею, была посвящена поза-позапрошлогодней соньковской "альфе". Ну а сам Серега сидел прямо под ней. Убежать вариантов у него не было сразу.
И так не слишком шумливые в последние годы обрамляющие закругленный перекресток невнятные желтоватые девятиэтажки скучно замерли и все живое в них затаилось. Если оно, конечно, это живое, вообще еще имело место там быть.
Танки стали ровным треугольником, перекрывая стволами пушек и пулеметов все возможные сектора подхода во внешние стороны треугольника...
Сергей сидел, поджав под себя натруженные дальним переходом ноги. Ватник, давно потерявший первоначальный зеленый цвет клочками серой ваты топорщился оплывшей кучкой рядом. Рядом же валялся и такой же видавший виды рюкзачок.
Явно бывший солдат Бог знает какой армии. Вполне возможно — сталкер. С таким обычно не церемонятся, а сразу — в расход. Так всем легче. И проще. Невиновные пойдут в Рай, ну а виновным туда и дорога!
Загромыхал тяжеленный люк, проявилась из него противогазная стеклоглазая под стрекозу рожа классического натовского образца, с большим крестом Воинства, вышитым на груди.
- Что служивый, добегался? — ствол в руках танкиста не дрожал.
Серега тоскливо подумал что шансов нет. До прихода тени еще минут пятнадцать. Даже если не пристрелят сразу, пятнадцать минут он не продержится. Умрет раньше.
Почему-то вспомнилось, что про Исход он узнал, стоя в небольшой толпе у банка, куда пришел выплачивать очередной взнос за ипотеку. Все в банк приходили, чтоб попытаться выклянчить со своих счетов хоть сколько-нибудь и на любых условиях. А он как проклятый, брался за любую работу, но ни один платеж так и не просрочил! Гордился этим, силой жилистой своей и удачей. И оставалось-то до полного закрытия кредита совсем чуть-чуть...
А тогда он стоял и внимательно разглядывал крупную желто-черную эмблему банка в виде перекрещенных деревянных коней на новой стене и никак не мог понять, что это — все! Все и всему.
И сейчас он опять улыбнулся одними губами. Вот и конец его ипотеке!
Трое с направленными в него стволами приближались к нему с разных сторон. По одному от каждого экипажа. Делегаты, мать их!

Небритый, некрупный мужик, явно давно не евший и не спавший в нормальных условиях понуро и не делая никаких движений смотрел на осторожно приближающихся к нему бойцов Воинства. Что они задумали понять было не сложно. Давно у них не было возможности поиздеваться хоть над кем-то в этом маленьком опустевшем степном южном городишке. Давно последние живые счастливчики покинули его. А мертвые... что мертвые? Им давно все ровно.
Мужик приподнял коротко стриженную шишковатую голову.
- У меня есть карта.
...
Карта? КАРТА?
- Врешь, покажи!
- Только медленно, смотри! А то еще вместо карты вдруг достанешь верещалку... Смотри, не рискуй!
- Было бы чем рисковать — давно бы рискнул — подумалось Сергею.
Он медленно, очень медленно развязал тесемки-завязки на горловине рюкзачка, немного повозился руками в нем. И так же медленно достал довольно большой, сложенный вчетверо лист старого посеревшего картона. И правда, очень похоже на КАРТУ. Стоявший прямо перед ним солдат протянул руку в нетерпеливом жесте. ... И со взаимного молчаливого согласия — закрутилось!
Сергей вообще плохо помнил детали. А вы в таких случаях — помните?
Более-менее вспоминается только, как одна за одной появлялись все новые телесные деформации. Сначала — нос. Потом — губа. (А может, нос и губа — одновременно.) Потом — нога в области бедра (костяшки мутировали по ходу). Потом махаться стало труднее, но и здоровье одного из кожанных тоже пошатнулось. Кровь уже хлестала у него отовсюду, в том числе и изо рта (после удачного попадания с локтя в голову).
Знаете, чем спорт отличается от махача? Тем, что когда вы деретесь на татами, или на ринге, или в борцовском круге — вы контролируете свои действия. Вы выстраиваете защиту и нападение, продумываете тактику боя — на примитивном уровне, но все
же. А после боя все выстраивается у вас в памяти в логическую цепь: тогда-то я сделал неправильный финт, а вот тогда-то здорово поймал его на противоходе.
В махаче всего этого нет. В махаче в дело вступают ваш инстинкт, ваша ненависть. Даже для нетренированного тела, не помнящего нужных движений, этот тандем способен на многое, если его освободить.
Что касается Сергея, то нужные движения он помнил. А что касается тандема — так он был в порядке. Он научился включать его оперативно, за долю секунды — в жизни всегда надо быть начеку и ожидать удара сзади, даже когда вы находитесь под героином или в объятиях любимой женщины. Потому что всем пох... на ваш кайф и ваше настроение... но дело не в этом. Дело в том, что не ждите от него подробностей обмена ударами и технических терминов, он этого не помнит. А кто говорит, что помнит, — тот врет. Или дерется только в спортзалах.
Не знаю, кто кого должен был загасить в этот раз. Хотя бы теоретически. А вообще-то опять вру: загасить должен был ОНИ. Сергея. Однозначно. Дела, даже без направленных на него от других танкистов стволов были реально плохи.
Хочу сказать: сначала все было нормально, но потом у Сергея выключилась дыхалка. Разумеется, из-за курева и транков — такие вещи всегда происходят из-за курева и транков. Он начал сдавать и после определенного момента уже просто защищался, но даже на это сил не хватало. Он напоминал Брестскую крепость. Сергею оставались считанные секунды, когда вдруг кто-то из кожанных, оторвавшись от созерцания почти джентльменской потасовки одного против троих — вдруг заревел:
- Су-ука! Это не карта. Он обманул!

Тут-то Сергей и пропустил мощнейший удар со всего размаха кирзачем сзади. Мир вокруг всхрипнул его же вдруг опустевшими легкими и без предупреждения перевернулся.
Дальше пошли какие-то обрывки и рывки.
Лица с остекленевшими глазами... Тяжелый армейский гомнодав, несущиеся прямо в лицо... Свет то гас... И снова гас... Тело еще жило... Взрывы боли выплеснулись и разлились неровным озером вокруг... Собственная, неестественно вывернутая левая нога... Какой-то толстый деревянный кол с заточенным туристическим топориком верхом... Куча дымящихся и никак не желающих заполыхать сырых веток...

- Сначала танки! Сначала танки! А потом уже... Шептал он это? Кричал? Или думал? Кто знает...

... Потом уже, через черную речку бесконечного времени протянулся хлипкий мостик сознания. Не чувствуя практически ничего, что его хоть как-то бы тронуло он почему-то вдруг увидел себя со стороны, нелепо согнувшимся, но все же стоящим на своих двоих. Двоих? Он же вроде помнил, что с левой... Гм... Его равномерно шатало, выворачивало и трясло. Тошнило. Глаза видели, но никак не могли осознать — что. В голове гулял серый ветер и долго, вечность не давал ни на чем сосредоточиться.
Опять какой-то рывок в сознании. Он стоит намертво уцепившись за скрипящий люк танка и вглядывается в его черное нутро. Через очень длительный период времени он наконец понимает, как тень это сделала. Она не мудрствуя, одним микронным ударом, тонким лучиком пробило насквозь невероятно толстое днище могучего танка и потом этим же лучиком быстро и равномерно хлестало внутри замкнутого пространства. Все там было просто нашинковано на мелкие длинненькие кусочки. Его опять стошнило.
Из последнего танка видимо кто-то что-то либо увидел, либо просто проинтуичил. Но поздно. Тяжелая махина успела отползти всего метра на три и закрутилась по кругу на одной толстой прорезиненной гусенице. Дальнейшая ее судьба и судьбы ее команды не отличалась от соседних машин...
Стараясь смотреть, но не видеть то, что осталось от его азартных врагов Сергей рассмотрел тень.
Она по своей привычке лежала, тонко распластанная до микронной толщины по поверхности того, что раньше было газоном. Кое-где через нее выступали всякие земляные неровности и былинки. Сейчас она была даже более прозрачная, чем обычно. Это, насколько он понимал, был единственный и настоящий признак ее сильной усталости. Ведь она примчалось к нему с небывалой скоростью... И потом еще охотилась тут на кожанных, ломала их машины, а затем и починила практически умершего хозяина... Она невероятно устала. Но... — и он уверен был в своих выводах — лежала и набиралась от солнца энергией очень уж как-то удовлетворенно.

Влюбленный металл! Без чувства благодарности. Она заметно уменьшилась. Наверно на четверть уменьшилась — и этот новый свой вес — килограмм пять? Восемь? он явственно чувствовал в своем теле. Особенно — левая нога — она заменила часть поврежденной кости и сухожилие...
А он боялся. Что будет с ним тогда, когда масса металла в его организме превысит критическую величину? Он об этом не знал и не хотел даже предполагать. И его продолжало трясти. Боже! Опять так глупо вляпаться...

Боковым зрением он увидел шевеление — это в сухом мареве подходили его спутники. Небольшой отряд опытных бойцов, на счету которых уже двое кожаных. Трое мужиков, мальчик и гарем из пяти совсем не старых женщин. С них начнется новая история этого городка...

... Не работают радары, очень быстро выходит любая электронная техника... Бывает выходят из строя даже калаши.
... Война сталкеров
... Чечен с волками
... В горы уходили все проигравшие народы


На главную
Полевик
Сергей из столицы